События конца XX в. – начала XXI в. (распад СССР, «цветные революции», «гуманитарные интервенции», информационные войны) стали индикаторами зарождения новой системы международных отношений. Последние явились результатом, с одной стороны, стремления ряда стран Запада оправдать свои агрессивные действия, нацеленные на изменение статус-кво на мировой политической арене (сохранение своего реноме форпостов демократии при инициировании военных конфликтов), с другой – невозможности прямого военного противостояния с непосредственными конкурентами из-за наличия у них ядерного оружия.

На этом фоне стали выкристаллизовываться наиболее подходящие инструменты решения внешнеполитических задач – механизмы «мягкой силы». «Научным пионером», который в 2004 г. ввел в политический дискурс данное понятие, является Дж. Най, он определяет «мягкую силу» как способность одного государства влиять на другое с целью реализации своих интересов через направленное формирование положительного восприятия его имиджа зарубежной аудиторией [1]. Ключевую роль в этом аспекте, согласно Наю, играют три компонента «мягкой силы»:

• культура – акцентирование внимания на тех аспектах, которые привлекательны для других;
• политические ценности – те, которые разделяют социальные группы в других государствах;
• внешняя политика – акцент на ее моральных основаниях и справедливости.

Все вышеизложенные инструменты активно применяют США, они превратили демократию в универсальный бренд мирового общественного сознания, связав ее со стереотипом общества равных возможностей и максимальной свободы, которое якобы в наибольшей степени отвечает представлениям любого человека о справедливости и достойной жизни.

В качестве основного инструмента «цитадели мировой демократии» следует отметить деятельность ангажированных НПО, СМИ и различных фондов, выступающих своеобразными «рекламными агентами» Вашингтона. Они предоставляют населению стран – объектов американского воздействия финансовую, техническую, медицинскую и образовательную поддержку и подспудно демонстрируют, прежде всего молодым людям, широкие возможности самореализации при приобщении к универсальным либерально-демократическим ценностям. На постсоветском пространстве наиболее показательным примером результатов деятельности агентов США выступает государственный переворот в Украине, произошедший под лозунгами необходимости вхождения страны в «европейскую либерально-демократическую семью».

Однако внедрение искусственно универсализированных ценностей демократии на неподготовленную почву обществ с совершенно иным аксиологическим кодексом политического поведения приводит к весьма фрагментарным и неоднозначным результатам: раскол страны, а также активизация ультрарадикальных группировок националистического и религиозного характера (в Ираке, Ливии, Сирии, Украине).

Данные процессы формируют негативное отношение населения той или иной страны к США, что доказывают результаты социологического исследования, проведенного в странах СНГ Международным центром Вильсона в 2014 г.: «За США в общественном мнении стал закрепляться имидж агрессора и гегемона, вмешивающегося во внутренние дела других стран, цинично преследуя свои интересы (на основе примеров “арабской весны”, политического кризиса в Украине)» [2]. Примечательно, что в качестве основной причины потери Вашингтоном репутационного капитала эксперты Центра обозначают «критику политики США со стороны России» [2]. Данные исследования подтверждают агрессивные заявления официального гражданского и военного руководства США. В частности, на днях глава ВВС США Д. Джеймс назвала Россию угрозой номер один для США, а председатель Объединенного комитета начальников штабов США Дж. Данфорд указал на то, что цель России состоит в том, чтобы ограничивать способности США осуществлять военное присутствие по всему миру.

Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что ценности политической культуры России, а именно: а) суверенная демократия, предполагающая отказ от универсалистского подхода к демократическим ценностям; б) моральная ответственность руководства перед населением [3] – обладают большим аттрактивным эффектом для отдельных социальных групп в странах мира.

Отсюда необходимо констатировать необходимость активизации российским руководством действий в использовании широкого арсенала общественной, главным образом молодежной, дипломатии как одного из механизмов «мягкой силы». И в этом направлении уже ведется определенная работа как на законодательном, так и практическом уровне. Прежде всего, отметим тот факт, что в новой Концепции внешней политики России от 30 ноября 2016 г. институты «мягкой силы» определяются в качестве неотъемлемых инструментов современной международной политики. При этом подчеркивается, что одной из ключевых задач внешней политики РФ является защита законных прав и интересов российских соотечественников, проживающих за рубежом [4].

В свою очередь, среди мер практического характера следует отметить проведенный в Москве Национальным советом молодежных и детских объединений России Международный форум молодых соотечественников (образовательный семинар по молодежной дипломатии), красной линией всех трех рабочих дней которого проходила идея необходимости формирования сети молодых российских соотечественников, проживающих вне пределов РФ, как инструмента их консолидации и удовлетворения культурных, информационных и языковых интересов. Акцент именно на молодежном крыле соотечественников объясняется тремя факторами:

• во-первых, молодежь является активной и предприимчивой социальной стратой ввиду нацеленности на достижение высоких показателей в процессе самореализации;
• во-вторых, в силу еще неокрепшего корпуса ценностей молодежь подвержена негативным манипуляциям;
• в-третьих, молодежь является дотационной социальной группой ввиду отсутствия достаточных материальных ресурсов для самореализации [5].

Вместе с тем во время Форума были выявлены основные факторы, торпедирующие на данный момент эффективное взаимодействие молодых российских соотечественников:

• отсутствие необходимого финансирования;
• отсутствие доступной информации о проводимых мероприятиях с участием молодых соотечественников в разных странах мира;
• отсутствие идентификации с русским миром;
• отсутствие координации деятельности организаций молодых соотечественников.

При этом последний пункт выступает решающим и определяющим для разрешения всех остальных проблем.

Между тем, с обозначенными вызовами сталкиваются молодежные организации практически всех диаспор в различных странах мира. В этом аспекте несомненным плюсом Форума стали выступления представителей немецкой и армянской молодежных организаций в России о своем опыте работы и координации взаимодействия соотечественников. Сравнительный анализ показал, что объединяющим моментом в работе Немецкого молодежного объединения и Союза армян России выступает сохранение национальной идентичности через изучение языка, культуры и истории своего народа. Однако в плане организации проектной работы немецкое объединение характеризуется «государственническим» подходом, поскольку главным его партнером выступает Министерство внутренних дел Германии, по линии которого только на работу в РФ ежегодно выделяется около 8 млн долларов [6]. В свою очередь, Союз армян России основывается, прежде всего, на самофинансировании – система членских взносов плюс спонсорская помощь.

Учет опыта обозначенных организаций вкупе с осознанием необходимости использовать в условиях напряженной геополитической ситуации, когда диалог на официальном уровне затруднен, арсенал всех доступных инструментов «мягкой силы», позволил участникам Форума а) сформулировать основные цели создания сети молодых соотечественников; б) предложить концептуальные модели будущей сети молодых российских соотечественников. В схематичном виде цели данной сети можно проиллюстрировать следующим образом.

Схема

Цели сети молодых российских соотечественников за рубежом

Исходя из данных целей, а также обозначенных проблем консолидации молодых российских соотечественников, участники Форума предложили две модели сети соотечественников, для которых точкой корреляции выступает необходимость оформления (если использовать марксистскую терминологию) «физического базиса» в форме НПО и «виртуальной надстройки» в виде интернет-сайта, который будет использоваться как информационно-коммуникативная площадка.

Таким образом, результаты Международного форума молодых соотечественников (образовательный семинар по молодежной дипломатии) заложили концептуальный базис для дальнейшей работы по непосредственной имплементации теоретических конструктов в практической плоскости. Необходимость и исключительная важность данного мероприятия состоит в том, что молодежь, в частности на постсоветском пространстве, в познавательном аспекте теряет интерес к СНГ в целом и России в частности. Согласно данным «Евразийского барометра» за 2015 г., уровень познавательных интересов в области искусства, культуры, истории к странам СНГ, а также спроса на образование выше среди респондентов от 35 лет и старше [7]. Соответственно, чем больше времени проходит с момента распада СССР и чем активнее работают агенты западного мира, тем слабее инерционные силы общего исторического прошлого среди молодежи. Молодые люди всё меньше интересуются культурно-историческим наследием постсоветских стран.

Исходя из этого, подчеркнем, что Россия в лице молодых соотечественников, проживающих за рубежом, обладает мощным (но пока диффузным, неконсолидированным) пулом агентов «мягкой силы», поскольку они являются носителями русского языка и культуры, они часть русского мира, которая нуждается в укреплении самоидентификации через консолидацию взаимодействия. Соответственно, они выступают теми коммуникационными каналами, которые способны редуцировать негативный общественно-политический дискурс, генерируемый рядом стран относительно «русской угрозы» мировой стабильности в условиях геополитической напряженности и информационной блокады, проявившейся в принятой Европарламентом резолюции о противодействии пропаганде со стороны России.

Литература:

1. Vojtíšková V., Novotný V. The Bear in Sheep’s Clothing. Russia’s Government-Funded Organisations in the EU (2016) // URL: http://www.martenscentre.eu/sites/default/files/publication-files/russia-gongos.pdf

2. Gerber T. P., Zavisca J. What 18 focus groups in the former USSR taught us about America’s image problems (2015) // URL: http://wilsonquarterly.com/quarterly/summer-2015-an-age-of-connectivity/what-18-focus-groups-in-former-ussr-taught-us-about-americas-pr-problems/

3. По материалам лекции профессора кафедры мировых политических процессов факультета политологии МГИМО Барабанова О. Н. в рамках Международного форума молодых соотечественников (образовательный семинар по молодежной дипломатии), Москва, 27 ноября – 1 декабря 2016 г.

4. Концепция внешней политики Российской Федерации. Утв. Президентом РФ В. В. Путиным 30 ноября 2016 г. // URL: http://www.mid.ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2542248

5. Из выступления вице-президента Общероссийской общественной организации «Союз армян России» Муканяна Л. А. на Международном форуме молодых соотечественников (образовательный семинар по молодежной дипломатии), Москва, 27 ноября – 1 декабря 2016 г.

6. Из выступления председателя Немецкого молодежного объединения Бауэр М. Н. на Международном форуме молодых соотечественников (образовательный семинар по молодежной дипломатии), Москва, 27 ноября – 1 декабря 2016 г.

7. Интеграционный барометр ЕАБР – 2015 (четвертая волна измерений) // URL: http://www.eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Barometr-2015/EDB_Centre_Report_33_Analytical_Summary_RUS.pdf

Время Востока