Публикации

15 октября Премьер-министр Михаил Мишустин вручил премии Правительства России в области образования за 2020 год. В числе лауреатов –  автор учебно-тренинговой программы «Правовые и исторические  знания как основа правозащитной деятельности соотечественников», Президент Российского государственного гуманитарного университета, профессор, историк, член-корреспондент РАН Ефим Пивовар. Мы задали Ефиму Иосифовичу вопросы о роли русской эмиграции в мировой истории, о его новой книге и о состоянии современного движения соотечественников.

– В прошлом году прошёл цикл разработанных Вами и Вашими коллегами тренингов «Правовые и исторические знания как основа правозащитной деятельности соотечественников». Кто в них участвовал? 

– Цикл тренингов, на самом деле, проходил практически ежегодно на протяжении 2014-2019 годов. Сама программа была разработана авторским коллективом кафедры стран постсоветского зарубежья РГГУ в 2013 году, и весной 2014 года был объявлен первый набор. Целевой аудиторией программы, то есть её участниками, стали соотечественники из стран ближнего и дальнего зарубежья в возрасте от 18 до 35 лет, занимающиеся общественно-политической, правовой деятельностью, связанной с защитой прав человека, национальных меньшинств, статуса русского языка в странах постсоветского зарубежья. Мы исходили из того, что именно работа с молодежью во многом определяет общий стратегический успех взаимодействия с соотечественниками. 

- Проект реализовывался в сотрудничестве с Фондом поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом. Существуют ли планы дальнейшего взаимодействия? 

- Действительно, программа не стала бы такой масштабной и долгосрочной, если бы не было активной поддержки со стороны Правфонда и Департамента по работе с соотечественниками МИД России. И мы рассчитываем на продолжение нашего сотрудничества, о чём наряду с благодарностью уже сообщили в официальных письмах руководству Фонда и Департамента.

– По результатам программы слушателями вынесены резолюции, обозначены проблемы и предложены проекты для их решения. Нашли ли эти проекты практическое применение? Если да, то в каких странах? В сотрудничестве с какими зарубежными институтами? 

– Принятые соотечественниками, участниками программы, совместно с коллективом лекторов и разработчиков, итоговые резолюции с предложениями и конкретными интересными практическими разработками были с большим интересом встречены в Правфонде и размещены на официальном сайте. Надеемся, что это станет предметом для дальнейшей совместной работы. 

– В истории России много волн эмиграции, как правило, в последовательной зависимости от политических и экономичеких процессов. Существует ли цикличность развития российской диаспоры за рубежом? Повторяют ли в чём-то наши современники судьбы прошлого века? Крутится ли это колесо истории? 

– Часть эмигрантов из века в век во всех странах повторяла одну и ту же модель с двумя возможными результатами – либо крах мечты о новом мире под воздействием экономических трудностей или отторжения культурно-психологической среды нового общества, либо частичная или полная ассимиляция их потомков.

Если же мы говорим о соотечественниках, которые в силу различных причин оказались постоянными жителями других стран, но которые дорожат памятью и связями со своей исторической родиной, то здесь я вижу принципиальную разницу между их положением на протяжении большей части XX века и в настоящее время. Тогда соотечественники были лишены не то что поддержки, но даже возможности признания на родине. Организации и объединения соотечественников возникали и развивались вопреки и часто даже в пику Москве. Сейчас всё наоборот – существует отлаженная система взаимодействия, а зарубежные соотечественники рассматриваются как неотъемлемая часть общероссийской исторической и культурной традиции.

– Существуют ли универсальные методы исследования проблематики соотечественников, вне времени?

– Безусловно, классические методы исторических исследований, основанные на непредвзятости и критическом подходе к источникам, при необходимости и возможности – в сочетании с базовыми методами социологии, являются основой любого объективного научного исследования.

– В 2019 году вышла Ваша книга «Мир российского зарубежья в конце XX – начале XXI вв., в которой Вы представили своё исследование феномена Русского мира как целостного явления истории. Расскажите, пожалуйста, об идее создания этой книги. Это продолжение Ваших трудов по истории соотечественников? На какие источники Вы опирались, исследуя современные процессы?

– Я уже несколько десятилетий серьезно занимаюсь изучением истории эмиграции и российского зарубежья. Помимо большого количества научных статей и докладов на международных мероприятиях, я выпустил несколько индивидуальных монографий по этой тематике, в том числе и на иностранных языках, а также принимал участие в подготовке ряда коллективных трудов с другими известными историками. Эти работы вызвали большой интерес у отечественной и зарубежной аудитории. Но основной упор в них делался, преимущественно, на историю российской эмиграции до начала XXI века.

В книге «Мир российского зарубежья в конце XX-начале XXI века» российское зарубежье изначально рассматривается в контексте глобальных, региональных, геополитических, экономических и социокультурных процессов, исходя из тезиса о том, что Русский мир в XXI веке становится устойчивой организационной, историко-культурной и ментальной системой, обеспечивающей его стабильное существование в условиях глобализации и формирования многополярного мира. Источниковая база при этом использовалась самая разнообразная – официальные документы, пресса, многочисленные материалы в интернете, хотя это требовало порой критического подхода.

– Социальные портреты эмигрантов в странах постсоветского пространства и дальнего зарубежья начала XXI века наверняка отличаются. Как Вы считаете, почему многие русские люди, живущие в резко оппозиционных России странах, бывших советских республиках, долгие годы борются за свои права, но остаются жить в стеснённых условиях и не возвращаются в Россию?

– Это серьезный вопрос, на который невозможно ответить однозначно, так как есть общие для соотечественников, проживающих в отдельно взятых странах, проблемы, но есть и особенные условия жизни и возможности конкретных людей. 

Во-первых, тот факт, что многие соотечественники, сталкивающиеся с несправедливостью и нарушением своих прав, выступают против этого, даже несмотря на изначально негативно настроенную по отношению к любым их требованиям и действиям машину госаппарата в некоторых странах, свидетельствует, что люди не хотят просто сдаваться и покидать те места, города и села, где они прожили значительную часть, а может быть и всю жизнь, внеся вклад в развитие этих мест. Ведь просто так всё бросить и уехать – это значит расписаться в собственном бессилии, потерять веру в саму возможность торжества справедливости. 

Полагаю, что борьба соотечественников за права будет вестись, пока будет надежда на изменения к лучшему, и одна из задач России – чтобы соотечественники чувствовали опору и поддержку со стороны исторической родины. 

Второй фактор, конечно, экономического характера – переезд из одной страны в другую – дело очень хлопотное и затратное, не у всех есть средства для этого, а у многих и здоровья недостаёт. Одна из важнейших задач, которые решает наша страна последние несколько десятилетий – поддержка тех соотечественников, которые хотят вернуться в Россию, для чего действует, в частности, известная программа содействия переселению.

– Как Вы оцениваете госполитику России в отношении соотечественников и в чем залог её эффективности в будущем?

– В целом, думаю, если сравнивать ситуацию за последние несколько лет, то подвижки в лучшую сторону есть, но есть ещё и проблемы. Я думаю, что решение их зависит, прежде всего, от нескольких параметров – это совершенствование административно-правового регулирования, формирование унифицированных миграционных правил, создание благоприятных условий для переселения указанных лиц в Россию, совершенствование прозрачности законодательства, регламентирующего правовой статус соотечественников.

Крайне важно упрощать порядок и процедуру приобретения соотечественниками гражданства Российской Федерации, в том числе через дополнения в действующее жилищное и гражданское законодательство, развивать комплексную систему оценки эффективности помощи в переселении.

Очень важна коммуникация, организация взаимодействий, социальная практика. Необходимо объединить действия работающих в этом направлении государственных структур, интегрировать в эту работу профсоюзы, а главное – частный сектор.

Если частный сектор получит импульс к ведению предпринимательской деятельности в миграционной сфере при помощи государства, то это будет важным шагом в развитии экономики и социальной среды России, что позитивно отразится не только на экономике, но и на безопасности и информационном образе России.

– Какова цивилизационная модель современного российского зарубежья в целом, и какие перспективы её развития Вы видите?

– Для меня Русский мир – это колоссальный ресурс и, одновременно с этим, механизм и модель транснационального взаимодействия, развитие которого во многом помогает России занимать одно их ведущих мест на мировой арене, в мировой культуре и науке. Для меня это вопрос, над которым я задумывался и работал в течение многих лет.

Всё началось после архивной революции 1993 года, когда коллекции, закрытые ранее для большинства пользователей, стали доступны широкой исторической и научной общественности. В частности, документы Русского заграничного исторического архива оказались главным источником для изучения российского зарубежья межвоенных лет.

В конце 1990-х мы с учениками издали коллективную монографию «Россия в изгнании», посвященную военным, политикам, писателям, художникам, представителям русского бизнеса за рубежом.

В 2008 году я издал обобщающую книжку «Российское зарубежье: социально-экономический и политический феномен», в которой был охвачен период с XIX века до распада СССР – четыре волны русской эмиграции.

А после 1991 года возникло совершенно новое явление – ближнее зарубежье. Тогда фактически одномоментно около 20 млн советских граждан стали эмигрантами, формально оторванными от Российской Федерации. Это стало новым явлением в политической жизни не только России и ближнего зарубежья, но и всего мира. Встала задача оценить, что же произошло, какой облик имеет российское зарубежье сейчас. И я стал работать над книгой «Мир российского зарубежья. Конец ХХ начало ХХI века».

Подавляющая часть российского зарубежья стала союзником России, чего не было до 1991. Конечно, есть небольшая часть эмиграции, которая негативно относится к современной России, но это меньшинство. В целом, российское зарубежье – союзник России.

Идеи, которые возникли у нас – акции «Георгиевская ленточка», «Бессмертный полк» – распространились по всему свету. Это идет снизу, никто эти акции не финансирует, это искренний порыв людей.

Кроме того, наши соотечественники в ближнем зарубежье являются горячими сторонниками интеграции Российской Федерации на постсоветском пространстве.

Поддержка российских соотечественников в мире должна стать безальтернативной и ещё более важной для нашей страны и общества. Это реальная «мягкая сила» народной дипломатии. Нужно усиливать подготовку учебных пособий и учебников, распространение их за рубежом. Нужно поддерживать подготовку кадров, учителей русского языка и литературы, увеличивать квоту именно на эти кадры или создавать совместные программы в педагогических вузах. Нужно расширять предоставление литературы на русском языке, фильмов, электронных продуктов. Такой поддержкой занимаются все, кто хочет продвигать свой язык и культуру.

Полина Коваленко