Публикации

Как эффективнее работать с общественным мнением за рубежом? Что Россия может предложить современному миру, кроме Достоевского, балалаек и Масленицы? Об этом и многом другом на онлайн-конференции рассказал глава Федерального агентства по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству Евгений Примаков.

С тех пор, как Примаков возглавил Россотрудничество в июне, в ведомстве прошли первые реформы. Появились новые управления – например, экономического сотрудничества, информационной политики и информатизации. Но главные изменения – смысловые. «Если раньше основным приоритетом была демонстрация нашего культурного и гуманитарного присутствия за рубежом, то теперь мы расширяем повестку в сторону правочеловеческих аспектов. Мы не можем быть удовлетворены только тем, что демонстрируем наш флаг и нашу великую культуру, мы должны работать с общественным мнением, искать точки соприкосновения. Нам нужно добиваться доброго отношения к России, особенно там, где это отношение стало заложником местных политических элит. В мире конфликтов нам нужно рукопожатие», - рассказал глава ведомства журналистам.

По словам Примакова, в современном мире слишком злоупотребляют термином «мягкая сила», от которого в конце концов отказался даже придумавший его американских политолог Джозеф Най. «Если бы Институт Сервантеса или Британский совет вдруг публично заявил: «А вот сейчас мы займемся «мягкой силой», - я представляю, какой была бы реакция. На мой взгляд, это устаревший термин. Мы не занимаемся «мягкой силой», мы занимаемся гуманитарной политикой, - подчеркнул глава Россотрудничества, отвечая на вопрос «РГ».

Он уверен, что пришло время новых форматов. «Конечно, должно быть место и для матрешек, и для кокошников, и для Масленицы. Но нам явно не хватает социально-гуманитарной составляющей. Бессмысленно привозить казачий хор туда, где не хватает систем очистки питьевой воды. Возьмем, к примеру, Ливан, который переживает тяжелейший экономический кризис. Я думаю, что в этой ситуации российские компании, получившие контракты на разработку ливанского шельфа, могли бы взять на себя долю социальной ответственности, а Россотрудничество - координацию и информационную поддержку таких проектов. Всем известно, что Россия - щедрая душа, и мы часто не считаем нужным рассказывать о том хорошем, что делаем. Но это неправильно», - подчеркнул Примаков. Яркий пример: в сентябре вертолеты с авиабазы Хмеймим тушили пожары на северо-западе Сирии, но об этом не знали не только простые сирийцы, но даже некоторые официальные лица Арабской Республики.

Среди приоритетов Россотрудничества остается работа на постсоветском пространстве, особенно поддержка русских школ и русского языка, и обучение студентов из соседних республик в наших вузах.

«Мы не занимаемся "мягкой силой», мы занимаемся гуманитарной политикой», - пояснил Евгений Примаков «РГ».

«В отличие от США, которые делают ставку на «откачку мозгов», мы заинтересованы в том, чтобы отучившиеся у нас специалисты возвращались на родину как послы гуманитарной доброй воли, которые поддерживают дружелюбие в отношении России», - отметил Примаков. 

При этом он признал, что с Западом выстраивать связи бывает не так уж просто. «Уж насколько у нас немного квот для американцев. Но я знаю, что к тем редким студентам, которые собирались на учебу в Россию приходили офицеры ФБР и пугали, что их у нас «будут вербовать». Там оказывают давление и на наших соотечественников. Но у нас все равно есть идеи для новых интересных проектов в Штатах. Пока не буду раскрывать все карты. Пускай в Америке для начала остынет истерика на тему «российского вмешательства». Нам действительно сложно работать с американцами, но эта сложность нам навязана», - рассказал Примаков «РГ».

Екатерина Забродина

«Российская газета»