Публикации

В 2023 году исполняется 150 лет со дня рождения русского писателя Ивана Сергеевича Шмелёва. Его главные романы были написаны в эмиграции, а к российскому читателю Шмелёв пробился лишь в конце 80-х годов XX века. Сегодня его книги выходят ежегодно – Иван Шмелёв считается одним из самых издаваемых русских писателей.

В московском Доме русского зарубежья 2023-й объявлен юбилейным Годом Ивана Шмелёва. В октябре – в канун юбилея – состоится большая конференция по творчеству писателя. А накануне откроется выставка, посвящённая 100-летия выхода романа «Солнце мёртвых». Ну а другой самый известный и популярный роман – «Лето Господне» – станет поводом для проведения нескольких русских народных и православных праздников, так вдохновенно описанных в романе.

Также будут изданы исследования по письмам и архивным материалам из наследия Ивана Шмелёва, хранящегося в Доме русского зарубежья. Пройдут литературные квесты на лучшее знание творчества писателя и даже состоится пешеходное паломничество в Троице-Сергиеву лавру, которому посвящена повесть Ивана Шмелёва «Богомолье».

«Эту книгу написала о себе сама Россия»

Иван Шмелёв родился в 1873 году в московской купеческой семье. Окончил юридический факультет Московского университета, после чего восемь лет служил чиновником по особым поручения Владимирской казённой палаты Министерства внутренних дел.

Его первые пробы пера относятся ещё ко времени учёбы в московской гимназии. В 1897 году был опубликован сборник очерков «На скалах Валаама», вскоре запрещённый царской цензурой. Свою первую повесть он отправил на рецензию Максиму Горькому, с которым состоял в переписке. Тот положительно отозвался о литературном таланте Шмелёва. После этого его повести и сборники рассказов начинают регулярно появляться в печати. После выхода в 1911 году повести «Человек из ресторана» имя писателя становится известным на всю Россию. В тот период Шмелёва интересовала тема маленького человека – такого, как официант Скороходов, стыдящийся своего положения лакея, в то время как его сын порывает с этой средой и уходит в революционное движение. Неслучайно в 1927 году в Советском Союзе эта повесть была экранизирована.

Об уровне известности и популярности Ивана Шмелёва говорит обширная литературная критика, посвящённая ему, – до 1917 года вышло около 100 статей о его творчестве. О нём писали Зинаида Гиппиус, Корней Чуковский, Мариэтта Шагинян. Интересно, что и советская критика не переставала о нём писать примерно до 1928 года, когда имя писателя оказалось вычеркнутым из публичного упоминания. Впрочем, в учебниках по литературе для вузов его дореволюционные произведения, посвящённые обличению социальных язв царской России, остались.

Февральскую революцию писатель принял с воодушевлением. Но октябрьские события вызвали в нём разочарование. В то же время он не собирался уезжать из России и даже приобрёл небольшой участок с домом в Крыму, куда переехал с семьёй в 1918 году. Но последующие трагические события в корне изменили его судьбу и мировоззрение. В 1920 году в разгар красного террора в Крыму был убит его единственный и горячо обожаемый сын Сергей. Иван Шмелёв впал в глубочайшую депрессию и с этого момента стал ярым ненавистником советской власти и большевиков. В 1922 году ему удаётся уехать в Париж, где он и проживёт до конца своих дней. В 1923 году там будет издан его роман «Солнце мёртвых», описывающие кровавые и драматические события в Крыму во время Гражданской войны. Немецкий писатель Томас Манн так высказался об этом романе: «Прочтите это, если у вас хватит смелости».

А с 1927 по 1948 год Иван Шмелёв писал свой главный роман «Лето Господне». В этом автобиографическом произведении описывается жизнь в патриархальной купеческой семье глазами маленького мальчика. Сам писатель так характеризовал свою книгу: «В ней я показываю лицо Святой Руси, которое я ношу в своём сердце… Россию, которая заглянула в мою детскую душу». Духовное взросление главного героя проходит через церковный богослужебный год – «лето Господне» – от Великого поста до Радуницы. Отдельная тема – одно из лучших в русской литературе описание гастрономических обычаев и ритуалов. Некоторые критики даже пеняли Шмелёву, что он «утопил Россию в блинах и пирогах». А близкий друг Шмелёва философ Иван Ильин восторженно признавал, что «эту книгу написала о себе сама Россия».

Тёмная сторона Ивана Шмелёва как личности – это его восторженное отношение к нападению Гитлера на Советский Союз. В письме к своей поклоннице, с которой у него завязался многолетний роман в письмах, Ольге Бредиус-Субботиной он сравнивал Гитлера с «рыцарем, поднявшим меч на дьявола». Восторженно приветствовал наступление фашистских войск под Москвой, поддерживал решение части русских эмигрантов воевать против СССР. В Париже в период оккупации он сотрудничал с единственным русскоязычным изданием «Парижский вестник», занимавшим прогерманскую позицию. После войны он пытался оправдаться в печати по поводу своей поддержки Гитлера, но большинство знакомых отвернулись от него.

«Опасны нам русские»

Обширная переписка Ивана Шмелёва с Ольгой Бредиус-Субботиной интересна ещё одной темой, напрямую перекликающейся с сегодняшним днём. Это – русофобия, которая процветала в европейских странах как накануне Второй мировой войны, так и после неё. В феврале 1940 года Ольга пишет Ивану Шмелёву из Голландии: «Я не знаю, как в других местах, но у нас приходится всё время читать оскорбления России. Не S.S.S.R., a России. Пишут прямо, что "русские, как нация - brutal {Дикари (фр.).}". Оплевывают Петра I и Александра I и пишут, что "никогда Россия не имела побед, а если что и завоёвывала, то лишь благодаря хорошим союзникам или случаю". Никому не приходит в голову сделать разницу между Россией и большевиками. Все рады погибели не Советов, а России…».

Казалось бы, после окончания войны, голландцы, пережившие в 1944 – 1945 годах ужасы немецкой оккупации, должны были изменить в лучшую сторону своё мнение о русском народе – освободителе Европы. Но нет. В январе 1948 года Ольга Бредиус-Субботина так пишет о происходящем вокруг: «…поживи бы ты ещё исключительно в их среде, - и ты бы понял многое из моего. Передо мной туземцы, не стесняясь, выражают свои взгляды, считая меня... своею. Поэтому, как никогда, считаю я себя именно в такой среде, - русской. И горжусь. И тем более горжусь, чем больше они нами пренебрегают. Я-то знаю, что их чувства вовсе не вытекают из отношения к советскому правительству...
Они не любят нас, как таковых. Это для меня вне всяких сомнений. Их интерес – по силе и возможности как можно больше нас ослабить и стереть, а вовсе не заботиться о благополучии русского народа. Мне лично отвратительно и противно всякое хождение с ними в ногу. Под "ними" разумею всю Европу и Новый Свет. И это моё – вне какой-либо политики…».

И ещё один показательный отрывок из её письма Ивану Шмелёву: «Уже в 46-ом году голландцы мне прямо заявляли, что сделали ошибку, поставя в войне карту на союз с Россией против Германии. Они прямо говорили, что Россия Западу более чужда, чем Германия. (!!!)
20-го сентября 47-го года на свадьбе Кеса (брат Арнольда), сидящий со мной один известный аристократ, по профессии судья, спросил меня: "Ну, а как с панславизмом?" - разговор был длинный.
Он уверял меня, что спокон веков русские стремились к завоеванию всего мира, к "русифицированию" вселенной.
На мои протесты он начал в качестве авторитета приводить Достоевского. А потом закончил: "Нет, мы должны бояться и остерегаться русских, их "духа", их славянской души!"
Я спросила: "Чем же плохи мы?" "Кто же говорит, что "плохи", - заметил он, - оттого, что именно не плохи, а пленительны, со всех их шармом, с их песнями, с их непосредственностью молодого народа... они опасны нам, как песни русалки. Наш народ должен рано или поздно понять, что опасаться нам надо не коммунизма, как такового, ибо он во всех странах свой есть, и против него есть в каждой стране свое противоядие, - нет. Опасны нам русские... Сейчас об этом не говорят, пока что нападая на коммунизм... победа на фронте соткала новый ореол русскому герою...
Но это поймут когда-нибудь и отважатся, несмотря на ореол победителя, указать на истинную опасность...
Наконец, я его спросила: "Почему же Европа не поддержала в свое время ни Колчака, ни Врангеля?"

Он выпучил глаза и, знаешь, что ответил?
..."Ольга, я думал, что ты умнее, кому же тогда было выгодно? Тогда было приблизительно то, что теперь: Россия начинала расти и панславизм рано или поздно распространился бы повсюду. Тогда для Европы спасением явилась ваша революция. Для того чтобы внести равновесие в мире, теперь необходима снова революция. Ты пойми, что советская власть уже установившееся правительство, чтобы его свергнуть, надо новую революцию!
Надо всю Россию разделить на отдельные части и неустанно следить за тем, чтобы она не укреплялась!»

Светлана Сметанина

Фонд "Русский мир"