Публикации

В Волгограде на Мамаевом кургане в честь 78-й годовщины победы в Сталинградской битве прогремел «Выстрел памяти». В 1943 году американский президент Рузвельт назвал победу Красной армии «эпической борьбой, решающий результат которой празднуют все американцы», а британский премьер Черчилль - «изумительной».

О переломном сражении Великой Отечественной войны написаны сотни исторических исследований, но лучше всего атмосферу войны передают свидетельства оказавшихся на грани жизни и смерти советских и немецких солдат. В архиве "Российской газеты" имеются письма из 1943 года. Если послания бойцов Красной армии полны житейских подробностей и описаний быта, что говорит об их уверенности в победе, то настроения солдат вермахта можно оценить как упаднические.

«Поражает полная неадекватность представлений немецких военнослужащих о своей роли в этой войне. Так, нередки ругательные высказывания в адрес «этой проклятой России» и «диких русских», но практически не встречается мыслей о том, что их, немцев, сюда, в Россию, никто не звал, что они пришли как оккупанты и получили заслуженное возмездие. Чувства вины тоже не прослеживается, есть только жалость к себе, любимым, почему-то (с их точки зрения, незаслуженно и несправедливо) оказавшимся в столь неприглядном положении», - считает доктор исторических наук Елена Сенявская.

Из дневника унтер-офицера Иозефа Шаффштейна:

«23 октября. Пароль: Сталинград. 28 октября. Здесь настоящий ад. Пикирующие бомбардировщики и артиллерия. 29 октября. Жаркий для меня день... Жуткая деятельность русской авиации. 2 ноября. Ночью колоссальная деятельность авиации. Из головы не выходит мысль, что твой конец близок. Наши атаки безуспешны. Ротный старшина Лар убит. 3 ноября. Унтер-офицер Фридрих убит. 8 ноября. Снова и снова воздушные налеты. Никто не знает, будет ли он жив через час...»

Из дневника офицера Ф.П. 8-го легкого ружейно-пулеметного парка 212-го полка.

«15 января. Сколько времени будем мы еще влачить это жалкое существование и будет ли вообще когда-нибудь лучше? Нас все время подкарауливает враг. Один другому желает смерти. Так как мы в окружении и нам не хватает боеприпасов, то мы вынуждены сидеть смирно. Выхода из котла нет и не будет».

Из письма гаупт-вахмистра Пауля Мюллера, п/п 22468, жене. 31.XII.1942 г.

«...Каждый день мы задаем себе вопрос: где же наши спасители, когда наступит час избавления, когда же? Не погубит ли нас до того времени русский...»

Из письма ефрейтора Рихарда Круга, п/п 21632, брату. 29.XII.1942 г.

«...У нас здесь дела неважные, еды очень мало: буханка хлеба на три человека на два дня и очень скудный обед. С какой охотой я поел бы сейчас болтушки, которой дома кормят свиней...».

И для сравнения письмо от 8 сентября 1942 года морского пехотинца Виктора Барсова.

«Здравствуйте, мои дорогие! Извините за мое вынужденное молчание. Во-первых, был в окружении, во-вторых, ведем жестокие бои – некогда выбрать время для письма, да и бумаги с конвертом не так-то просто достать. Пользуясь кратковременной передышкой, пишу. Я жив, здоров, питаюсь отлично, так как Родина для нас, защитников города Сталинграда, не жалеет ничего, но и мы для Родины готовы всем пожертвовать, вплоть до самой жизни. Сталинград должен быть наш и будет!.. Впрочем, у меня все в порядке, прошу обо мне не беспокоиться. Вот от вас давно уже ничего не получал... Ну, а как дома дела? Как с продуктами? Как учится Нина? Как здоровье папы?.. Мне пришлите свои фотокарточки… Пишите мне почаще и обо всем… Пока до свидания. Целую всех крепко».

Сейчас в Волгоградской области проживает 110 ветеранов – участников Сталинградской битвы.

P.S. Дед автора этой статьи – младший политрук Григорий Архипович Грищенко 5 декабря 1942 года погиб на хуторе Вертячий Сталинградской области. Похоронен в братской могиле.